До самого до донца

10.06.2015

О чём скорбишь, задумчивый бармен,
О чем хлопочешь у трактирной стойки?
Должно быть, ждешь каких-то перемен,
Вокруг все то ж — разборки и попойки.
Блестит слезой фужерное стекло,
А ты все трешь до самого до донца,
Как будто пылью взор заволокло,
Лишь тьма одна, и никакого солнца.

Я, как и ты, признаться — начеку,
Скорблю о том, чтоб не иссякли вина;
Каким-то пойлом я глушу тоску
И молча грею спину у камина.
Мигают свечи, дребезжит трамвай,
Так и торчим, как будто птицы в клетке,
А я, как недобитый самурай,
Рисую иероглиф на салфетке.

Плесни в бокал, мой поседевший брат,
Поправь манжет в старинном ритуале,
Я отхлебну, кивну, таков обряд,
Весь мир — вокзал, и мы как на вокзале.
Нам дела нет до суетных людей,
Я пью вино, ты трешь свои стаканы,
Я столько лет твердил тебе «Налей!»,
Чтоб разогнать терзанья и туманы.

Каких нам ждать от мира перемен?
Какую правду я нашел в бутылке?
Пожалуй, хватит. Не грусти, бармен,
Поправь косичку на своем затылке!
Уснет Москва. На город хлынут сны.
Какая грусть! Какая тишь над миром!
Ну вот и все. Холодный свет луны
Нас разведет по холостяцким дырам.

Вернуться к списку